?

Log in

No account? Create an account

Previous Entry | Next Entry

К сожалению, Прокудину-Горскому так и не довелось запечатлеть главные достопримечательности Москвы, но всё же в рамках 300-летнего юбилея царской династии были проведены цветные съёмки романовских реликвий и Новоспасского монастыря. Эти кадры не входят в "американскую" часть коллекции и были обнаружены только в 2008 г. в книге П.Г. Васенко "Бояре Романовы и воцарение Михаила Федоровича" (Спб., 1913).

Moskva_Novospassky2

О том, кто именно проводил по поручению Прокудина-Горского цветную съёмку в Москве в 1912 г., и некоторых других её подробностях можно узнать из доклада Наталье Александровны Мозохиной, явившегося результатом её собственных архивных исследований.
Этот доклад был опубликован в сборнике научной конференции: Книжное дело в России в XIX - начале ХХ вв. СПб.: РНБ, 2018. - С. 255-265.
С любезного согласия автора мы размещаем текст в нашем блоге.




Наталья Александровна Мозохина,
кандидат искусствоведения,
заведующий сектором
Государственного Русского музея


Книжные иллюстрации С.М. Прокудина-Горского,
исполненные по заказу Комитета для устройства празднования 300-летия Дома Романовых


   В 1913 году под маркой издания Комитета для устройства празднования 300-летия Дома Романовых увидела свет книга «Бояре Романовы и воцарение Михаила Фёдоровича на царство», написанная специально по заказу Комитета историком Платоном Григорьевичем Васенко. Это большое и в то время дорогое издание было проиллюстрировано цветными иллюстрациями на отдельных вклейках и черно-белыми иллюстрациями в тексте. На папиросной бумаге, защищающей каждую цветную вклейку, помещено название репродукции и указана типография - «Клише и печать в красках С.М. Прокудина-Горского С.П.Б.». Поскольку в начале ХХ века С.М. Прокудин-Горский был самым известным фотографом, работавшим в области цветной фотографии, а работы других мастеров практически неизвестны, то эта подпись дала основание исследователям творчества фотографа предполагать, что все снимки в книге, как цветные, так и черно-белые, были исполнены лично С.М. Прокудиным-Горским. Материалы фонда Комитета для устройства празднования 300-летия Дома Романовых, хранящиеся в Российском государственном историческом архиве, позволили уточнить авторство цветных снимков на вклейках, а также установить авторов части черно-белых снимков.
   Комитет для устройства празднования 300-летия Дома Романовых был образован в 1910 году, а в начале 1911 года внутри него была сформирована особая издательская комиссия, занимавшаяся составлением и изданием двух вариантов истории Дома Романовых (роскошное издание и дешевое издание), а также стенных картин. Автором роскошного издания, по предложению члена Комитета историка С.Ф. Платонова, стал его ученик П.Г. Васенко, написавший труд «Бояре Романовы и воцарение Михаила Фёдоровича на царство». С.Ф. Платонов же рекомендовал обратиться к услугам основателя цветной фотографии в России С.М. Прокудина-Горского, к этому моменту уже совершившему несколько экспедиций по России, в том числе две поездки под высочайшим покровительством императора Николая II.
   П.Г. Васенко поддержал мнение своего учителя относительно привлечения к изданию С.М. Прокудина-Горского: «Для большей наглядности и картинности, принимая при том во внимание важность темы, книгу следует иллюстрировать видами старых вотчин бояр Романовых, а равно изображениями предметов их обихода, поскольку таковые сохранились до наших дней. Иллюстративную часть книги, по моему мнению, с успехом может взять на себя г. Прокудин-Горский, владелец большого фотоцинкографического заведения, известный своими техническими изобретениями. Г. Прокудину-Горскому государем императором пожалована субсидия на право снимков с исторических местностей России <…> Если иллюстративная часть книги  будет признана комитетом необходимой, то я могу принять на себя без особого за это вознаграждения выбор рисунков для иллюстраций, указывать необходимость снимков для них, а также и размещать иллюстрации сообразно тексту книги. Считаю необходимым оговорить, что ни выбор типографии для печати книги, ни договор с этой типографией, ни выбор фирмы для иллюстративной части книги, договор с этой фирмой ни в коем случае не могут быть приняты мною на себя. Я согласен взять на себя литературную и наблюдать за художественной стороной издания книги <…> Если Комитет признает нужным поручить мне совместную поездку с Прокудиным-Горским или иным иллюстратором книги текущим летом для выбора тем для иллюстраций, то я готов быть командированным Комитетом для этой цели»[1].
   С.М. Прокудин-Горский был не только фотографом, который мог бы исполнить цветные фотографии для запланированного издания, но и владельцем одной из лучших в Петербурге типографий, то есть фактически был единственным фотографом в России, имевшим собственную типографию и совмещавшим два издательских процесса. Не исключено, что именно работы по устройству типографии способствовали возникновению у С.М. Прокудина-Горского интереса к цветной фотографии. Он специализировался на воспроизведении в цвете работ художников способом трехцветной автотипии, и проблемы правильной цветопередачи подтолкнули его к изобретению собственного способа цветного репродуцирования художественных произведений. Однако, в отличие от крупных столичных типографий, таких как типография Товарищества Р. Голике и А. Вильборг или Экспедиция заготовления государственных бумаг, так называемая «печатня» С.М. Прокудина-Горского специализировалась исключительно на типографском воспроизведении изображений, а машин для набора текстов, скорее всего, у нее и вовсе не было. Типография располагалась по адресу Большая Подьяческая ул., 22, в подвале дома, где жил фотограф, а во дворе этого же дома находился двухэтажный флигель типографии А.Ф. Дресслера, специализировавшейся на печати черно-белых репродукций и текстов. По-видимому, именно там С.М. Прокудин-Горский допечатывал в случае необходимости на заказанных ему репродукциях подписи, так как контакты между двумя типографиями были очень тесные, и среди архивных документов встречаются счета и другого рода корреспонденция, исходящие от одной типографии, но при этом написанные на бланках другой типографии.
   Таким образом, приглашение С.М. Прокудина-Горского Комитетом для устройства празднования 300-летия Дома Романовых к сотрудничеству практически означало, что иллюстрации книги будут печататься в типографии фотографа, а текстовая часть будет печататься в другой типографии. В данном случае по неизвестным причинам типография А.Ф. Дресслера не рассматривалась, а были варианты печати в Экспедиции заготовления государственных бумаг, типографии «Сириус», Сенатской типографии, типографии Государственной канцелярии, типографии Киршбаума. Долго решался вопрос с типографией Товарищества Р. Голике и А. Вильборг, так как Комитет хотел печатать издание целиком там, в том числе и вклейки со снимков С.М. Прокудина-Горского, но в итоге текстовую часть отдали в набор в Государственную типографию, а типография Р. Голике и А. Вильборг отпечатала только портрет императора Николая II с факсимиле под ним.
   В книге были помещены 22 вклейки с цветными иллюстрациями, а внутри текста были отпечатаны еще 12 черно-белых фотографий. Все иллюстрации также можно разделить на видовые, интерьерные и репродукции с двухмерных произведений искусства, для создания которых также задействовался фотоаппарат. Для определения авторства той или иной фотографии, с которой была отпечатана иллюстрация, было необходимо сопоставить место съемки со сведениями, содержащимися в архивных документах и касающимися истории заказа фотографий.
   Фотографирование для цветных вклеек производилось в Москве, Санкт-Петербурге, Костроме и Ростове. Наиболее ранние снимки для издания были сделаны С.М. Прокудиным-Горским лично в Костроме летом 1911 года. Так, согласно справке, содержащейся в фонде Комитета, С.М. Прокудин-Горский «предполагал выехать из Санкт-Петербурга для производства снимков к иллюстрированной «Истории рода бояр Романовых» в течение сего июня месяца. Список означенных иллюстраций составлен магистром истории Васенко и одобрен издательской комиссией в заседании 28.05 с.г. <…> Возможно ли получить Прокудину-Горскому производство потребных для иллюстраций фотографических снимков, не дожидаясь отпуска кредита на все издание»[2]. В письме, относящемся к более позднему времени, фотограф вспоминал, что «согласно выраженного Комитетом желания я еще летом прошлого года, оставив текущую работу в Туркестане, прибыл в г. Кострому, где состоялось заседание Комитета, и, получив список нужных для издания снимков в натуральных цветах в различных местностях России, тотчас же и приступил к этой работе, занявшей около двух месяцев. Из этой работы ныне и выбраны те сюжеты, которые войдут в издание»[3]. Это письмо фотографа позволяет уточнить некоторые страницы его биографии, поскольку ранее считалось, что он совершил в 1911 году только две Туркестанские экспедиции: в феврале – марте и сентябре – октябре. Однако если он летом прервал работу в Туркестане, следовательно, скорее всего, в июне-июле он вновь отправился в Туркестан, откуда был вызван в Кострому.
   В издание вошли следующие снимки, отснятые в Костроме: Ипатьевский монастырь и две фотографии Макарьева монастыря на Унже. Однако некоторые реликвии, связанные с воцарением Дома Романовых, также находились в Костроме: чудотворная Федоровская икона Богоматери, которой венчали Михаила Федоровича на царство, а также крест, фонарь и икона, с которыми шла процессия «просить на царство» Михаила Федоровича. Однако в предварительном списке иллюстраций, составленном П.Г. Васенко, указаны, что эти предметы уже отсняты С.М. Прокудиным-Горским и имеют ссылки на номера демонстрационного печатного «альбома картин», в котором все сделанные фотографом снимки последовательно нумеровались и подписывались - №№ 393, 394 и 400. О существовании подобного альбома исследователи творчества фотографа давно догадывались, однако только сейчас было найдено документальное подтверждение этой догадке, хотя сам альбом так и не обнаружен. По-видимому, Комитет запросил типографию прислать пробный оттиск Федоровской иконы, на что управляющий мастерскими С.М. Прокудина-Горского ответил, что «к сожалению, мы не можем выполнить Ваше желание и сделать в красках икону Федоровской богоматери без помощи Сергея Михайловича. Он возвратится только в конце мая»[4]. Таким образом, в начале мая 1911 года, то есть до вызова фотографа Комитетом в Кострому, им уже производились некоторые снимки в этом городе. Однако когда и в связи с чем эти снимки были сделаны, остается неизвестным.
   Из этого же демонстрационного альбома для издания были позаимствованы и еще два снимка: «Плащаница работы царицы Анастасии Романовны» и «Воздухи работы инокини Марфы Ивановны» (номера 98 и 471 соответственно). П.Г. Васенко, зная о плащанице, но ни разу не видя ее сообщал Комитету: «В Старицком монастыре есть плащаница, вышитая Анастасией Романовой в 1543 г. (№ 98 каталога г. Прокудина-Горского), если это – работа царицы Анастасии, снимок приобретает большое значение, и его было бы жаль упустить, к сожалению, у меня нет под рукой необходимого для справки описания Старицкого монастыря, а потому эту иллюстрацию помещаю условно»[5]. Однако вскоре историк уже утвердительно помещал этот снимок в качестве иллюстрации в книге, по-видимому, убедившись, что это именно искомое изображение.
   Сразу после заседания Комитета в Костроме в конце июля С.М. Прокудин-Горский отправился в Ростов, где снял келию (моленную) митрополита Филарета Никитича в Ростовском кремле. Этими съемками и ограничились в 1911 году фотографические работы для издания. Скорее всего, остановка была обусловлена выбором типографии, согласованием количества иллюстраций и подписанием договора с фотографом.
   Договор был составлен только в начале 1912 года и содержал следующие пункты: «1. Мы принимаем на себя изготовление рисунков в красках по данному нам списку. 2. Изготовляем клише в красках. 3. Печатаем с этих клише в красках на хромо-бумаге (двухсторонней меловой) в количестве 10000 экз. 4. Формат бумаги 23 ½ х 32 см (образцы будут доставлены на утверждение). 5. Рисунки печататься будут на белой бумаге. 6. За исполнение этой работы мы получим по 600 р. за каждую таблицу при условии печати не менее 16 таблиц. 7. Срок исполнения первых восьми таблиц 5 месяцев со дня получения письменного подтверждения заказа комиссии. Срок исполнения остальных таблиц 6 месяцев со дня получения заказа. 8. За неисполнение в срок работ мы платим неустойку в размере 100 руб. за каждую просроченную неделю. 9. Неисполнение заказа в срок без «всяких» последствий для нас допустимо лишь при наличности стихийных бедствий, народных волнениях и общественных забастовках или вследствие задержки утвержденных рисунков к печати редактором П.Г. Васенко или комиссией. Представляемые на утверждение к печати рисунки должны быть подписаны и возвращены нам в трехдневный срок. 10. Изготовленными нами пробные оттиски утверждаются к печати редактором П.Г. Васенко и комиссией или лицом, ею на это уполномоченным. О последнем комиссия уведомляет нас письменно. 11. Отпечатанные на таблице рисунки сдаются нами в неразрезанных листах в количестве 10000 экз. и 50 экз. дефектных. 12. Принимает отпечатанные оттиски комиссия или лицо, ею на это уполномоченное, и выдает нам письменное удостоверение о совершенной ею приемке. 13. Для проверки количества п.л. комиссия присылает в мастерские С.М. Прокудина-Горского в указанное им время уполномоченное лицо, при котором производится подсчет. 14. Рисунки по принятию комиссией запаковываются в кипы между деревянными щитами и забираются комиссией не позже недельного срока со дня уведомления С.М. Прокудина-Горского о том, что рисунки готовы к отправке. 15. По принятии каждой партии рисунков, т.е. восьми таблиц, комиссия уплачивает С.М. Прокудину-Горскому или его доверенному лицу стоимость этих таблиц, т.е. 4800 руб. в течение месяца со дня принятия комиссией рисунков и составлении об этом акта. 16. С.М. Прокудин-Горский обязуется в течение трех лет выбранные комиссией рисунки не печатать для других изданий. 17. С письменным заказом комиссия присылает нам: а. подробный список рисунков с указанием места их нахождения. б. лист с указанием на нем точного формата издания. Как список рисунков, так и формат бумаги должен быть подписан комиссией или лицом ею уполномоченным. 18. Название фирмы: «Снимки с натуры в красках, клише и печать в красках С.М. Прокудина-Горского С.П.Б» печатает комиссия или на прозрачной покрывающей рисунки бумаге или в другом видном месте»[6].
   В планах П.Г. Васенко значилось много находящихся в Москве реликвий, связанных с воцарением Дома Романовых. Поэтому фактически сразу же после составления предварительного перечня иллюстраций у историка возникла идея совершить с С.М. Прокудиным-Горским совместное путешествие в Москву, о чем он сообщил в Комитет: «Мне приходит в голову, не съездить ли с Прокудиным в Москву (если комитет меня командирует), когда он поедет для снимков, чтобы не вышло путаницы (я не совсем уверен в том, что он помнит мои указания). Впрочем, если Вы не боитесь, то он и один съездит»[7]. Идея была воспринята в Комитете положительно, в августе 1911 года были сделаны необходимые запросы в соответствующие инстанции о содействии и допуске к съемкам П.Г. Васенко и С.М. Прокудина-Горского[8], которые прибыли в Москву в начале сентября. Одновременно в Москву прибыл и курировавший издание Н.Н. Граве, сообщавший Комитету об итогах встречи следующее: «Я спешил выехать из Белгорода, чтобы быть в Москве 5 сентября, так как на этот день Прокудин-Горский и Васенко назначили свидание в Москве для совместного осмотра палат бояр Романовых и выбора там предметов, снимки с которых необходимо поместить в юбилейной монографии. Хотя, в виду пасмурной погоды, снимков сделать не удалось, но все осмотрено, выбор сделан, и в ноябре Прокудин-Горский произведет нужные снимки»[9]. Однако до заключения договора фотограф в Москву так и не поехал.
   Весной следующего года С.М. Прокудин-Горский отправился по поручению Комитета выставки «Русская Ривьера» снимать Черноморское побережье Кавказа, а затем проследовал на Урал. Поэтому цветные съемки в Москве осуществлял управляющий типографией фотографа А.А. Евдокимов. В начале апреля 1912 года Комитетом были направлены соответствующие запросы к лицам, ответственным за находящиеся в палатах бояр Романовых и Оружейной палате предметы: «[13 апреля 1912] в Москву предполагают прибыть <…> П.Г. Васенко и управляющий художественной фотоцинкографией С.М. Прокудина-Горского <…> Александр Александрович Евдокимов. Названным лицам поручено производить фотографические снимки предметов, имеющих отношение к истории рода бояр Романовых»[10]. Также было направлено письмо с просьбой о съемках настоятелю Московского Новоспасского монастыря архимандриту Макарию[11]. Таким образом большая часть интерьерных снимков и видов Москвы для издания была исполнена не С.М. Прокудиным-Горским, а А.А. Евдокимовым; это фотографии: «Новоспасский монастырь в Москве», «Игрушки и другие предметы, принадлежавшие по преданию царю Михаилу Федоровичу во время его детства», «Колыбелька и стулик, по преданию принадлежавшие царю Михаилу Федоровичу», «Трон царя Михаила Федоровича», «Венец, скипетр и держава царя Михаила Федоровича», «Образ св. Михаила Малеина», а также репродукции, воспроизведенные по «Книге о Царском избрании», находившейся в Теремном дворце: «Один из моментов царского избрания. Сцена на Красной площади», «Встреча царем Михаилом Федоровичем великого посольства у врат Ипатьевского монастыря», «Венчание царя Михаила Федоровича на царство», «Встреча Филарета Никитича князем Пожарским» и «Возведение Филарета Никитича на патриарший престол».
   Остальные три цветные иллюстрации в книге были воспроизведены с предметов, хранящихся в Санкт-Петербурге. Однако и к их съемкам С.М. Прокудин-Горский не имел отношения, и в этом уже можно проследить определенную закономерность. Примечательна история со съемками портрета матери царя Михаила Федоровича инокини Марфы Ивановны, современное местонахождение которого, равно как и местонахождение в начале ХХ века, неизвестно. Первоначально П.Г. Васенко предполагал снять портрет, находящийся в Оружейной палате[12]. Однако для производства съемок запрос был сделан в музей Императорской Академии художеств, откуда был получен ответ, что означенного портрета в музее нет[13]. После чего запрос был сделан в Зимний дворец[14]. В июле 1912 года Комитет уведомлял министерство императорского двора, в ведении которого находился дворец, что «для производства снимка с хранящегося в Романовском галереи Императорского Зимнего дворца портрета царицы инокини Марфы Иоанновны явится в начале будущей недели заведующий делами художественной фотоцинкографии С.М. Прокудина-Горского Александр Александрович Евдокимов в сопровождении фотографа фирмы»[15]. Однако в Эрмитаже в Романовской галерее хранится похожий, но несколько иной портрет инокини Марфы, имеющий общий первоисточник с опубликованным в книге. Производились ли съемки в Эрмитаже, неизвестно, но портрет с неизвестного оригинала был издан не только в книге П.Г. Васенко, но и на открытках Общины св. Евгении. Также дважды (в книге и на открытках) были опубликованы портреты патриарха Филарета Никитича и царя Михаила Федоровича.
   Последние два портрета были воспроизведены по рукописи «Царский титулярник» («Большая государева книга или Корень российских государей»), хранившейся в Императорской Публичной библиотеке. Однако в делах Комитета запросов на фотографирование рукописи не обнаружено, а вместо него имеется ходатайство о допуске кого-либо из типографии С.М. Прокудина-Горского к фотографированию грамоты об избрании на царский престол Михаила Федоровича Романова, которая, однако, не была помещена в книге[16]. Съемки же портретов производились по специальному заказу Общины св. Евгении, которой в ноябре 1912 году был направлен запрос директору библиотеки Д.Ф. Кобеко с просьбой «разрешить художественной мастерской С.М. Прокудина-Горского произвести снимки для трехцветной печати с хранящихся в Императорской Публичной библиотеке портретов Михаила Федоровича Романова, патриарха Филарета и царицы Марфы для воспроизведения их на открытых письмах в пользу Общины св. Евгении Красного Креста, посвященных памяти 300-летия Дома Романовых»[17]. Таким образом, портрет инокини Марфы обнаружился в Императорской Публичной библиотеке, однако по стилистике изображения оно заимствовалось не из «Царского титулярника», более того, иллюстрация была отпечатана с живописного оригинала, которого в библиотеке не было. Тем не менее, цветные открытки с тремя портретами печатались в мастерской С.М. Прокудина-Горского, а в январе 1913 года их печать была завершена: «Препровождая Вам корректуру рисунков в красках: портрет царя Михаила Федоровича, царицы Марфы и патриарха Филарета с проставленными на них №№ 50-02, 50-03 и 50-04, прошу дать к ним подписи и утвердить их к печати»[18]. На самой же открытке с портретом инокини Марфы указано, что портрет находится в Оружейной палате, то есть там, где его местонахождение первоначально и указал П.Г. Васенко.
   Таким образом, ни одна из фотографий, которые предполагалось снять в Петербурге, в издание по неизвестной причине не попали. Не исключено, что съемки были проведены А.А. Евдокимовым неудачно. Чтобы исправить положение, сам С.М. Прокудин-Горский или сотрудники его типографии предложили заменить неудавшиеся изображения близкими по теме, но исполненными по заказу другого издательства. Тем более, что фотограф специально оговорил этот момент в своих комментариях к заключенному с ним договору: «С п. 9 проекта [не печатать с негативов для других изданий] я равным образом совершенно не могу согласиться, ибо выраженные в нем условия ставят меня в невозможность исполнения моих работ, на которые мною затрачены весьма значительные деньги. Предусматривая, что издание желательно быть отличным от других могущих быть изданий, я в моей бумаге согласился на то, что я не имею права делать выбранные рисунки в том же формате для других изданий, но чтобы я ни для кого не мог делать этих общеизвестных сюжетов – на это я совершенно не могу согласиться»[19].
   Относительно черно-белых иллюстраций в книге П.Г. Васенко «Бояре Романовы и воцарение Михаила Фёдоровича на царство» также на первый взгляд можно было бы предположить авторство С.М. Прокудина-Горского или фотографов его мастерской. Изначально предполагалось, что мастер также исполнит для Комитета и «снимки (в черном виде). Это бы надо оговорить особо (но не  условиях, а в каком-нибудь письме)»[20]. В конце февраля 1912 года он сообщал Комитету: «В последнем пункте списка цветных картин к печати упомянуты несколько черных воспроизведений с моих работ. Эти снимки равным образом мною уже выполнены, и я с готовностью предоставляю их в распоряжение комитета»[21]. Однако в июле он вновь едет для производства съемок «по поручению комитета во Владимирскую и другие губернии»[22]. Таким образом, чтобы понять, какие из двенадцати черно-белых снимков был сделаны С.М. Прокудиным-Горским, необходимо очертить их географию. Это Москва, Кострома, село Клины Владимирской губернии, Антониево-Сийский монастырь под Архангельском, деревня Деревеньки и село Домнино Костромской губернии.
   Два снимка с видами Костромы («Палаты Романовых в Ипатьевском монастыре» и «Успенский собор в г. Костроме, в коем хранится Федоровская икона»), по-видимому, были исполнены С.М. Прокудиным-Горским в июле 1911 года, тогда же, когда и цветные снимки города и его окрестностей. Три черно-белых вида Москвы («Дом бояр Романовых в Москве на Варварке», «Гробницы Романа Юрьевича и Никиты Романовича Захарьиных» и «Усыпальница бояр Романовы-Юрьевых») относятся к романовским достопримечательностям Новоспасского монастыря, где снимал А.А. Евдокимов. Однако эти снимки заметны ретушированы, что нехарактерно для работ мастерской С.М. Прокудина-Горского.
В предварительном списке П.Г. Васенко упоминается имя еще одного фотографа – некоего Богдановича: «Рассмотрев список г. Прокудина-Горского, а также фотографии г. Богдановича, я составил приблизительный список желательных иллюстраций, число которых придется увеличить, не считая портретов, число иллюстраций, по-моему, будет равно 20-22 <…> Как Вы усмотрите из прилагаемого списка иллюстраций, 15 шт. из них сняты г. Богдановичем (эти снимки лежат в возвращаемом мной с благодарностью ящике наверху), а остальные придется снять специально для издания»[23]. Скорее всего, фотографии были предоставлены Александров Богдановичем, владевшим фотоателье на Невском проспекте. В списке его фотографии помечены буквой «Б». Среди них есть снимки «Гробница предков царя Михаила Федоровича», «Палата бояр Романовых в Москве» и «Вход в усыпальницу предков царя Михаила Федоровича». Поскольку А. Богданович работал только в черно-белой фотографии, то для удешевления иллюстрированной части издания Комитет, скорее всего, воспользовался его уже готовыми снимками.
   В процессе работы над книгой у П.Г. Васенко возникла идея поместить в книге изображение родовой вотчины Романовых – села Клины Владимирской губернии. Уже в начале лета 1911 года Комитет обратился к Владимирскому губернатору с вопросом о сохранности памятников, имеющих касательство к Дому Романовых, в селе Клинцы[24]. В ответном письме губернатора уточнялось название села и говорилось о том, что в селе никакие памятники не сохранились[25]. Спустя полгода Комитет все же вновь обратился к Владимирскому губернатору с просьбой о присылке фотографии с видом села Клин или о фотографировании общего вида за счет Комитета[26]. Летом 1912 года были получены шесть фотографий села, исполненные личным почетным гражданином Евгением Васильевичем Поповым за 18 руб.[27] Две из них были помещены в издании («Общий вид села Клины, Владимирской губ., Юрьевского уезда» и «Парк в селе Клинах»).
   Также в процессе работы над книгой возникла необходимость поместить в ней фотографии Антониево-Сийского монастыря, где принял постриг под именем Филарет боярин Федор Никитич Романов, отец царя Михаила Федоровича. В феврале 1912 года Комитет обратился к Архангельскому губернатору с просьбой прислать снимки Антониево-Сийского монастыря или сфотографировать его за счет Комитета[28]. Летом были получены шесть снимков, исполненных потомственным дворянином Александром Михайловичем Агаревым за 12 рублей, из которых в книге было помещено три общих вида монастыря.
   И два последних черно-белых снимка связаны с именем Ивана Сусанина – это фотографии его родного села Деревеньки и села Домнино, родовой вотчины Романовых, где зимой 1613 года жил царь Михаил Федорович с матерью, и откуда Иван Сусанин уводил стороной польско-литовский отряд. Документально не подтверждено, что С.М. Прокудин-Горский был в тех местах со своим фотоаппаратом. В тоже время в предварительном списке П.Г. Васенко упоминаются два снимка А. Богдановича, связанных с сусанинскими местами: «Главная улица с. Домнино», совпадающий по теме с размещенным в книге, и «Место, на котором был убит Иван Сусанин», поэтому авторство А. Богдановича в данном случае не исключено.
   Поскольку черно-белых фотографий, исполненных С.М. Прокудиным-Горским для издания, было совсем мало и все они изображают виды Костромы, возникает вполне законный вопрос – зачем в июле 1912 года, согласно документам Комитета, фотограф ездил во Владимирскую губернию. В это время к празднованию столетия победы в Отечественной войне 1812 года он фотографировал места, связанные с Наполеоновской кампанией в России, однако заказчик этих работ до сих пор остается неизвестным. Не исключено, что им была Комиссия по выработке программы торжеств празднования столетия Отечественной войны 1812 года, образованная, так же как и Комитет для устройства празднования 300-летия Дома Романовых, при министерстве императорского двора. В таком случае С.М. Прокудин-Горский в июле 1912 года выполнял заказ другой комиссии, подведомственной министерству.
   Таким образом, документы, отложившиеся в фонде Комитета для устройства празднования 300-летия Дома Романовых, позволяют не только уточнить авторство снимков, опубликованных в книге (фотографами были сам С.М. Прокудин-Горский, управляющий его мастерскими А.А. Евдокимов, а также малоизвестные фотографы из российской глубинки), и проследить историю формирования иллюстративного ряда книги, но и установить несколько новых фактов биографии и творчества С.М. Прокудина-Горского, ранее неизвестных исследователям. Документы свидетельствуют о наличии у фотографа демонстрационного печатного «альбома картин», в котором все сделанные им снимки последовательно нумеровались и подписывались. Также удалось обнаружить свидетельства о его съемках в Костроме и о причинах сокращения сроков Туркестанской экспедиции 1911 года в связи с заказом Комитета. Кроме того, документы позволяют уточнить места съемок фотографа в музеях и библиотеках, а также охарактеризовать методику его работы над изданиями в целом, в которой можно проследить стремление фотографа по возможности максимально пользоваться уже имеющимися негативами, а также перепоручать текущую заказную работу сотрудникам своего титографии.
   Однако сопоставление сохранившихся в Библиотеке Конгресса США трехцветных негативов и черно-белых «контролек» с репродукциями, помещенными в книге В.П. Васенко, обнаруживает, что только часть изображений из издания сохранилась в негативах, причем эти снимки со стопроцентной уверенностью были исполнены не А.А. Евдокимовым, а С.М. Прокудиным-Горским, что не исключает возможности существования, со своей стороны, своего изобразительного архива у А.А. Евдокимова, который мог до нашего времени и не сохраниться.


[1] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, лл. 6об-7.
[2] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 33, л. 22.
[3] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, лл. 207-208.
[4] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, л. 32.
[5] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, лл. 10-11.
[6] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, лл. 181-182.
[7] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, лл. 178-179.
[8] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, л. 137.
[9] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, л. 138.
[10] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, л. 228.
[11] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, л. 230.
[12] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, лл. 178-179.
[13] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, л. 237.
[14] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, л. 242.
[15] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, л. 244.
[16] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, л. 238.
[17] ЦГИА СПб, ф. 202, оп. 2, е.х. 1641, лл. 188-189.
[18] ЦГИА СПб, ф. 202, оп. 2, е.х. 1704, л. 2.
[19] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, лл. 187-187а.
[20] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, лл. 178-179.
[21] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, лл. 207-208.
[22] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, л. 244.
[23] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, лл. 10-11.
[24] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, л. 65.
[25] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, л. 66.
[26] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, л. 210.
[27] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, л. 211.
[28] РГИА, ф. 1320, оп. 1, е.х. 34, л. 213.


Recent Posts from This Journal

Comments

( 7 comments — Leave a comment )
rozmysl
Oct. 10th, 2019 05:51 pm (UTC)
Я читал, что негативы Прокудина-Горского только чудом были вывезены из Советской России, и то проверяющие отобрали все негативы, которые могли представлять с их точки зрения какую-либо " военную тайну". Так что неудивительно, что самые интересные негативы в США не попали. Сохранились ли они, неизвестно, может где-то в спецхранах до сих пор, а может тогда же были уничтожены.
oldcolor
Oct. 11th, 2019 04:09 pm (UTC)
Никто не знает до сих пор, кто переслал или лично привёз из СССР часть коллекции Прокудину-Горскому и когда это случилось. Но первое упоминание о коллекции во Франции относится к декабрю 1931 года. Разумеется, никакой "таможни" в этой истории не было.
rozmysl
Oct. 11th, 2019 04:43 pm (UTC)
Да нет, я точно где-то читал историю вывоза негативов Прокудина-Горского за границу. Это была не таможня, а советский пограничный контроль. Очевидно всех, кто уезжал из Сов. России, тщательно досматривали, а тут еще кто-то везет ящики негативов.
Это из английской Википедии (в русской этого нет):

It has been estimated from Prokudin-Gorsky's personal inventory that before leaving Russia, he had about 3500 negatives.[26] Upon leaving the country and exporting all his photographic material, about half of the photos were confiscated by Russian authorities for containing material they deemed strategically sensitive for war-time Russia. [4] According to Prokudin-Gorsky's notes, the photos left behind were not of interest to the general public.[26] Some of Prokudin-Gorsky's negatives were given away,[27] and some he hid on his departure.[28] Outside the Library of Congress collection, none has yet been found.[26]

Там и ссылки на перовоисточники есть.

Edited at 2019-10-11 04:44 pm (UTC)
oldcolor
Oct. 11th, 2019 05:35 pm (UTC)
Увы, то, что Вы читали и процитировали - это байки людей, совершенно незнакомых с вопросом. Домысливание и фантазии на основе одной фразы в воспоминаниях Прокудина-Горского. Достоверно известно лишь одно: из СССР выехало 2300 негативов, в стране осталось более 1200. 400 пропали или погибли уже во Франции. Ещё 300 самых ценных снимков Прокудина-Горского загадочно исчезли ещё в 1906 г.
rozmysl
Oct. 11th, 2019 10:24 pm (UTC)
Понятно, спасибо. Правда ли, что судьба оставшихся в СССР негативов до сих пор неизвестна, т.е. есть надежда, что они когда-либо найдутся?
oldcolor
Oct. 12th, 2019 09:24 am (UTC)
Да, я верю, что оставшаяся в СССР часть коллекции сохранилась и её надо искать.
rozmysl
Oct. 10th, 2019 05:56 pm (UTC)
Кстати, нашел саму книгу "Бояре Романовы" на сайте РГБ в эл. виде в хорошем качестве! Спасибо!
( 7 comments — Leave a comment )

Latest Month

October 2019
S M T W T F S
  12345
6789101112
13141516171819
20212223242526
2728293031  

Tags

free counters




Locations of visitors to this page
Powered by LiveJournal.com
Designed by Lilia Ahner